Эксклюзив Халвы. Bob Basset (вторая часть)

Наш разговор начался около 14:00. Сергей допивает свой капучино, а на столике за его спиной стоит тарелка с уже остывшим супом и салат. Во время общения его абсолютно не волнует обед, хотя когда мы закончим говорить, за окном начнет темнеть. А еду он попросит просто разогреть.

Он увлечен разговором, много иронизирует и смеется – в отличие от первой части, в этом тексте гораздо больше откровенного, личного.

Часть вторая: Корабль Bob Basset

Чтобы следить и читать самое интересное, подписывайтесь на нашу страничку в Facebook и Instagram!

C96B7089.jpg

Акционерное общество «модная тусовка»

Точно так же, как и работа с поп-идолами, я абсолютно не стесняюсь модной жизни. В Ukrainian Fashion Week я участвовал со своей экспозицией, а на Kiev Fashion Week было выставлено несколько предметов в рамках «корнера» моих друзей. Наверное, я не «тусовщик» потому, что не зовут, опять-таки, может быть, я не такая уж и звезда? Про все эти мероприятия я мало знаю, так как меня не приглашают, а сам я не лезу. А с другой стороны, у меня не так уж много и времени, честно.

У меня есть выставки, их нужно наполнить объектами, проследить за качеством инсталляции, безусловно, в день выставки присутствовать на ней, потому что если люди придут, то они придут ко мне, на открытие, и я должен быть. И я это прекрасно понимаю. А так, поверьте, мне доставит чуть больше удовольствия провести время в мастерской, с пониманием того, что я хоть как-то преобразовую эту Вселенную.

И на красную дорожку выйду. Конечно. Правда, тут еще подтекст важен, например, красная дорожка чего и т. д., с кем я буду рядом. Если это поп-тусовка, медиатусовка – прекрасно, никаких особых предубеждений по этому поводу у меня нету. Есть, конечно, для меня люди нерукопожатные, в силу своих, простите, политических ситуаций в стране, это да. Но, опять-таки, это в рамках каких-то моих ценностей, это не имеет никакого отношения к кораблю Bob Basset. С этими людьми я не буду общаться, а так, если это продвинет Bob Basset хоть чуть-чуть и даст какой-то «пинок» ему – всегда рад (смеется). У меня все на весах, рационализм дичайший просто. Помогает Bob Basset – я должен это сделать. Не помогает – на фига мне тратить время?

C96B7157.jpg

У человека, который занимается искусством и прячет его у себя в подвале, есть два выхода из этой ситуации: первый – его кто-то случайно найдет, этот подвал, и тогда будет история как с утерянными шедеврами или вновь обретенным мастером великим. Либо его затопит водой, и все это съедят крысы. Понимаете? Поэтому, если я не буду показывать, если я не буду коммуницировать как-то, записывать с ХАЛВОЙ интервью, например, то есть шанс, что у моего корабля будет мало топлива, что у меня будут несытые люди. Мне так нельзя, мне нужно, чтобы все и всегда были в тонусе.

Мой Нью-Йорк

Знаменит ли я? Знаменитость… ну, я знаменит в определенных кругах. Да, у этих кругов сотни миллионов поклонников, миллиарды, возможно. Но опять-таки, по ощущениям, это все не перешло в статус какой-то звездности. То есть, если я прилечу в Нью-Йорк и сойду с трапа самолета, то там не будет журналистов и всего остального. Если будет заранее анонсировано – возможно, и будут (смеется). Так, может быть, да. Мне льстит такое положение вещей, но это ведь хорошо?

В Украине многие не понимают, почему это все в принципе произошло. Я в этом уверен абсолютно и полностью. Говорю вам откровенно: я много раз думал переехать жить и работать в США, я же нормальный человек. Но тут дело вот в чем, Bob Basset, понимаете, это не только я, это люди, мастерская. Это достаточно большой корабль. И вот со всем этим нужно взять… если бы я поставил себе цель, что нужно перевезти всех этих людей – я бы это сделал. Но потратил бы много усилий, времени и средств. Безусловно, у нас было бы все лучше. Во всех аспектах, что тут скрывать. Угол выставочный свой собственный и мастерская, и все остальное.

Вопрос в том, помог бы весь этот комфорт создавать новые вещи? В Харькове уже есть свое понимание, я захожу в родную мастерскую Bob Basset, там разложен инструмент, я развожу обязанности между людьми, я знаю, что буду контролировать. И прежде всего, я боюсь потерять время. Тоже, поймите правильно, никакой речи о том, что «только в Украине» – я абсолютный космополит.

C96B7276.jpg

Шесть лет назад, к сожалению, умер мой брат, который, собственно, это все и затеял. И конечно… ну, все двигается, как двигается. Резать, кроить и т. д. я могу делать хоть в Харькове, хоть в Нью-Йорке, мне по фиг где. А есть боязнь бессмысленно потерять время. Понимаете? Мой брат умер в 47, простите, это же не много… а мне 40 сейчас. Вот я потрачу сейчас год-полтора на переезд, а где все то, ради чего это все затевалось? Простит ли он меня там? Если я вдруг займусь этой херней вместо того, чтобы заниматься действительно важными вещами. Для меня это очень важно.

Единственное, что война и как бы российская агрессия – она внесла ценностные ориентиры. И лично я для себя выбрал сторону. У меня нет сомнений, в рамках какого ценностного мира я хотел бы жить и создавать. Я не хочу создавать в рамках тоталитарного режима точно. Я хочу жить и работать,  где у меня есть естественные права, где я при помощи общественного мнения могу решать какие-то проблемы и т. д.

Мастерская

Кучка сумасшедших в подвале гаража. Это образ такой, хотя с чего и кто решил, что это так не выглядит (смеется)? Так это и выглядит на самом деле. Это частный дом, около промышленного района в Харькове, и там достаточно большой участок земли и гараж. Именно – самый настоящий гараж – это сама мастерская.

А дом оккупировали собаки (смеется). Потому что Олег (Олег Петров, брат Сергея. – Прим. авт.) невероятно любил собак. Он выращивал их, иногда некоторых спасал. Там доберманы, овчарки, породистые. Они в доме главные, а я так – обеспечиваю их. Что тут скрывать, я тоже люблю, очень люблю животных. И да – собаки ближе всего ко мне, конечно. Они очень коммуникативные, они хотят твоей реакции, они почти как дельфины. Наверное, я бы любил дельфинов, но как-то сложно это содержать технически. А с собаками я, безусловно, общаюсь. У нас нету места в мастерской, куда бы они не залезли, в чем бы не оказались и в чем бы они не приняли участие. Они часть этого всего – несомненно.

Я так скажу, про нашу мастерскую и мир: у меня есть мастерская, мы там создаем, и я из нее вышел, на самом деле, лет 6 – 7 назад. То есть мы начали из мастерской выходить достаточно недавно. До этого все было проще. Интернет, почта, в магазин за кожей, ну и дом, где я спал. Один маршрут накатанный. Шесть или семь лет назад мы стали выходить в люди, визуализироваться.

2.jpg

Искусством мы стали очень давно. Bob Basset – это искусство. Это абсолютная правда, я это знаю, потому что я принимал участие в коллективных выставках в Париже, в Японии, в Китае, в Корее, в Нью-Йорке, можно продолжать очень-очень долго этот перечень выставок, в которых я принял участие. У нас очень хороший бэкграуд с точки зрения признания как искусства. Но, оказывается, для того, чтобы закрепить этот статус и входить в эту роль с академической точки зрения, нужно соблюдать некие формальности, которые есть в этом мире.

Мир изменится, я считаю, что глобальная торговля искусством и всем остальным перевернется с ног на голову в следующие 5–10 лет. Но эти 5–10 лет нужно банально прожить. На что-то прожить. Отстраивать мастерскую, кормить людей.

Для Украины слишком дорого

В Fashion я работал с хорошими людьми. Это Саша Каневский, Валера Ковальская, то есть это такие реализованные проекты. Со звездами – нет, к сожалению, не работаем. Обычно мы слишком дорогие для них. Не потому, что они не хотят или еще что-то, у меня были переговоры и т. д. Но мы просто дороже, чем британцы какие-то там. Все зависит, конечно, от объема работы, но сейчас, на сегодня, мы вышли на уровень, когда наш один предмет стоит от $1000. Для них это дорого.

В какой-то момент оказалось, что для нашего поп, вещи Bob Basset – это дорого. Я не знаю, почему. Британцы, которые достаточно неплохие, я их знаю, они предлагают по $300–500 за единицу. Они, правда, немножко по-другому работают, но все же. Когда у меня ищут «кастомные» маски топ-уровня, там цены, конечно, выше – от $3000 или $5000 и т. д. за единицу. То есть мы выбрались уже из средней ценовой категории, мы подобрались к нижней границе верхней ценовой категории. Но на верхнюю мы, все-таки, еще не вышли.

Что отличает Bob Basset от всего, что существует в мире: мы делаем то, чего вы абсолютно не ждете. То есть вы представляете себе, вы знаете, что это и о чем это, но результат все равно поражает, так как мы делаем нечто новое и эксклюзивное в рамках вашего воображения. Это и есть наше манифест to be amazed. Это заявление, и так есть.

Для многих это удивление и новость, вопреки распространенному мнению – я всегда в Украине. Я почти никогда не уезжаю. Мои все контакты, все мои коммуникации – это почта, Интернет, почтовые отправления. Никаких каких-то специальных движений. В Штатах я не живу, хотя мой основной рынок, конечно же, там. Всех устраивает. Слава Богу, почта Украины работает (смеется).

У меня есть маски Боб Бассет, которые путешествовали раз в шесть больше, чем я. Они побывали на нескольких континентах на выставках и т. д. В итоге вернулись обратно в Харьков. Я иногда их как ракушку прикладываю к уху и слушаю, что там. Они мне рассказывают, что было (смеется). Они мне говорят: «Там такое было, они меня трогали, дурак какой-то голову засовывал, отвратительно. Не отправляй меня больше никуда (смеется)».

1.jpg

Идолы и мифы

Кстати, очень часто пишут про фильм «Бешеный Макс», мол, я подготовил для них маски – это неправда. В фильме есть похожие предметы на наши, но это не мы. Там есть итерация от наших предметов, которые я вижу как художник, но с нами они не связывались. Это кто-то не то, чтобы скопировал, просто поработал в нашем направлении. Ну, конечно… нужно было мне лично с ними поработать, конечно… (смеется).

Из очень знакового я рекомендую посмотреть  Metallica: Through The Never, там очень неплохо получилось, очень, конечно.

33.jpg

Происходит все это, обычно, через eBay. Человек из команды, который занимается подбором вещей для фильма, он залез к нам на страничку и выбрал маски. Показал пацанам из Metallica, все сказали «зае…ись», все. Купили. Это не было: «Ооой, а давайте мы тут что-то…», это не секретный какой-то салон-магазин, где можно страшно секретное что-то, где-то… нет, это был выбор среди лучших, да и все.

Как общение у меня больше с Сидом Уилсоном существует, из Slipknot. У меня с ним постоянная коммуникация с 2013 года, ровно с тех пор, как мы сделали для него первую маску. Он когда хочет изменить образ, он просит всегда сделать ему какую-то новую маску и т. д. Фанаты его прокляли уже за это, так как он меняет их с какой-то такой человеческой частотой (смеется). Маски Сида Уилсона, их столько, что преданным фанатам тяжело подсчитать их количество.

Мыслят эти люди, конечно, совсем иначе, нежели мы. У них действительно можно быть сумасшедшим, потрясающе. Их общество, которое в состоянии выдерживать и поддерживать таких сумасшедших. А у нас же все наоборот, наша экономика сумасшедших подавляет и отделяет от себя, по итогу они где-то там, в одиночестве сходят с ума.

А у них сумасшедшие могут жить, создавать продукт, быть потребляемыми и при этом… они безумны, на самом деле. Все как бы знаковые люди, с которыми я общался, они реально ненормальные. Ну очень такая тонкая ниточка соединяет их с реальностью. В сравнении с ними я оплот догматизма и консерватор. Ортодокс такой, в бесконечном поколении. Ну, ничего. Зато они понимают, что я делаю.

Мои странные коллекции

В Украине много коллекционеров. Например, у Гарика Корогодского. Но он в первую очередь коммерсант. Кроме его личной коллекции, он закупал вещи для движения в магазине, который был сделан им и ребятами, и они это делают. Кроме него, в Украине есть несколько человек, владеющих «реальной» коллекцией.

Я как-то посчитал, есть один человек, я видел его только один раз, у него до 15 личных предметов дома. У меня в мастерской не всегда столько предметов есть. И там очень  серьезные вещи, очень. Но Гарик, он больше участник Bob Basset, он вообще старается участвовать в том, что ему интересно. Скажите ему, что он соучастник процесса (смеется).

За границей таких людей больше. Я знаю несколько хороших коллекций. Собранных по разным местам, с перекупленными предметами на вторичных рынках, мне показывали ребята, присылали фотографии. Есть один человек, у него порядка 16 предметов. Но там вообще очень странно, это был сложный заказ, много изделий. Это был прямой заказ, и там фантастический набор предметов. Очень, безумно хороший.

Но весь абсурд заключается в том, что я после этого об этой коллекции ничего не слышал. Вообще ничего. Ни фотографии, ни один предмет нигде не всплыл. И для меня это очень странно, потому что предметов много, а заказчик известный мировой фотограф, и как так получилось... Вот есть несколько таких историй.

Человек Сергей Петров

G_C96B7442.jpg

Я с огромной радостью и удовольствием разговариваю с любым профессионалом. Мне всегда интересно, они всегда могут рассказать что-то. И ты воспринимаешь, учишься, узнаешь что-то новое, развиваешься и т. д. У меня есть один сумасшедший знакомый, так он постоянно говорит: «До тех пор, пока ты этого не умеешь, ты никогда не придумаешь, как это использовать». И чем больше ты знаешь, как это делается, соответственно, ты в состоянии это использовать для получения нового результата. Вот так вот.

Заложник ли я? Если я остановлюсь – остановится корабль. Все, мы перестанем это делать – конец. Что дальше? Он в дрейф пойдет, и там непредсказуемые последствия.

У каждого человека есть своя история, она может быть ситуативной, а может быть очень глобальной. Но если бы глобально, я бы смог сделать так, чтобы меня услышал каждый человек, я бы обратился к людям с тем, чтобы они все время жаждали нового, только так мы как вид имеем шанс на выживание. 

Чтобы следить и читать самое интересное, подписывайтесь на нашу страничку в Facebook и Instagram!

Автор: Владислав Сидоренко Фото: Максим Костенко

Добавить комментарий

вверх